sedov_dm_zven (sedov_dm_zven) wrote,
sedov_dm_zven
sedov_dm_zven

Categories:

Обворожительная Обломовщина


В советской школе Обломова приучались клеймить позором за его сонливость и бездеятельность. У автора романа – Гончарова сцена, в которой главный герой лежит в постели длится очень долго. Думаю, что у писателя хватило бы таланта даже на то, чтобы вовсе не поднимать героя с постели до самого окончания романа. Но все же автор повелевает, чтобы в обломовскую замшелую конуру ворвался его друг полунемец Штольц, который заставляет Обломова покинуть постель и выйти на свежий воздух.

Начинается ДЕЙСТВИЕ.


В фильме Н. Михалкова и Кº «Несколько дней из жизни И. И. Обломова (по мотивам романа И. А. Гончарова «Обломов»)» исходный роман Гончарова умышленно сокращен. Тут многие отчего-то берутся сравнивать оригинал и фильм и обретать в последнем «неточности» и «несообразности». Это совершенно бессмысленная и глупая работа!

Всякое новое прочтение произведения – это априори совершенно новое произведение, напоминающее первоначальное и одновременно имеющее свои интонации, акценты и краски. После знакомства с оперой «Евгений Онегин» П. И. Чайковского мы ведь не беремся сравнивать и соотносить оперу и роман в стихах Пушкина!

«Несколько дней из жизни И. И. Обломова» – это тоже «опера», но не в позднем суженном смысле этого слова, которым ныне пользуются для обозначения музыкального вокально-симфонического сочинения, а в первоначальном латинском смысле слова: опера – это труд, деяние, творение, законченное произведение.

Мне очень хочется считать фильм «Несколько дней из жизни И. И. Обломова» законченным и, стало быть, совершенным произведением. Хочется оставить его таким, каким я его увидел в первый раз, не убавляя и не прибавляя что-либо к нему, как это берутся делать люди, принимающиеся за сравнения.

«Несколько дней из жизни И. И. Обломова» – это очень красивое произведение. И это бесспорная заслуга Н. Михалкова, сумевшего собрать и сплотить большой коллектив артистов, художников, операторов, осветителей и многих других творцов, которые согласились работать над воплощением его идеи и совокупно создать общее цельное произведение.


КРАСОТА

Сцена в бане: пар, который очень трудно снять во влажном помещении, не затуманив объектив камеры; ярко красные ягоды калины и сухая трава; бабочка-лимонница, вырезанная из бумаги, вероятно, для того, чтобы добавить в палитру зимы краски давно ушедшего лета и создать ощущение умершей, но готовой к весеннему возрождению природы. Этот мотив мертвой натуры должен стать иллюстрацией слов Обломова о том, что в жизни будущих поколений продолжается жизнь их предков.

Проезд героев по зимнему Петербургу в санях: все деревья города покрыты снегом, контрастно белеющим на фоне морозно-голубого неба, в котором точно повисла застывшая влага северной столицы. Представить себе трудно, сколько надо было ждать такого потрясающего зимнего дня! Вполне может статься, что за всю зиму такого дня не дождешься! Или съемочной команде просто повезло?





Восход, завершивший главную романтическую ночь в жизни Обломова: березы в парке покрыты розовым светом восходящего солнца. Пойман ли этот свет после долгой бессонницы в ожидании естественного рассвета или деревья мастерски подсвечены профессионалами-осветителями? – Дать ответ на этот вопрос могут только участники творческого коллектива, которых с каждым годом остается все меньше.




Просторы природы: поля и речные долины. Обилие панорамных кадров – отличительная черта фильмов советской эпохи, ныне жалко пародируемая современными тружениками киноиндустрии при помощи компьютерной графики. Но подлинные виды, которые сумела запечатлеть несовершенная камера старых мастеров, стоят намного дороже, нежели поддельные картинки, созданные при помощи сверхсовершенной техники.






Само движение камеры на протяжении всего фильма безупречно красиво. В бане оператор сперва показывает Обломова, затем, перед тем как показать сидящего напротив Штольца, переводит взгляд зрителя на окно, а затем за него – на замерзшую и заснеженную реку, по которой бежит мальчик с собачкой. Чья это придумка: режиссера, художника, оператора? – Она невероятно оживляет повествование и создает ощущение того, что есть не только философия Обломова и мудрость Штольца, соревнующиеся внутри замкнутого помещения предбанника, но и просторный мир снаружи, бесконечно богатый и необозримый.


Мы настолько доверяемся камере в «Обломове», что готовы прощать ей все то, за что ругали бы ее в другом фильме. Ну в какой киноленте мы станем терпеть, если нам будут продолжительно показывать спины героев! А здесь не только терпим, но и восхищаемся, когда оператор долго следует позади Обломова, идущего вслед за Ольгой по оврагу в зеленом перелеске, или когда в квартире Обломова камера встает за спину Алексеева (Авангарда Леонтьева) и тот закрывает собой лежащего на диване главного героя.





ОБЛОМОВЩИНА

Теперь несколько слов о философии главного героя романа и фильма.

Несмотря на то что философия движения, деятельности и здорового образа жизни, представляемая Штольцем, общепринята, и в романе, и в фильме вопреки этой общепринятости предлагается оправдание причудливой философии бездеятельности и недвижимости Обломова, сочетающейся с традицией нездорового питания.


Наибольшее изъяснение этой философии осуществляется в фильме в банной сцене. Обломов заявляет: «Все думают только о том, как жить, а о том, зачем – никто думать не хочет!» «Раз живем – значит есть смысл какой-то!» Как пример непостижимого тайного жизненного смысла он приводит растущее за окном дерево, листья которого каждый год отпадают и умирают, но в следующем году рождаются вновь: «Доля этого листа есть в последующих годах, была и в тех – прошедших». Антагонист Обломова Штольц восклицает: «Ну Илья, ты счастливый человек!» и не смеет возражать. (Штольц в переводе с немецкого – «гордый». Гордый – значит самоуверенный).


Размышляя над вопросом «ЗАЧЕМ ЖИТЬ», приходишь к мысли, что смысла, который можно запросто постичь, у жизни нет, и что все старания в стяжаниях богатства, статуса, положения бессмысленны. Зачем тогда они? Жизнь – это Предбанник Жизни Вечной, в которой главное достояние – Вечный Покой. Стало быть, и в нынешней жизни следует упражняться именно в упокоении, в стяжании покоя. Необходимо как можно меньше двигаться, действовать, бороться! – Таковы практические выводы незаурядной философии от Обломова.


ЛЮБОВЬ

Имя и отчество героя «Илья Ильич» означают, что Обломов – во всей полноте сын своего отца, наследник и продолжатель его природы, его породы. Это несомненно придумка писателя Гончарова – равно как и то, что влюбляется Обломов в Ольгу Ильинскую. Здесь мы видим явную перекличку двух «О» (О – символ бесконечности и вечности) и имени «Илья» в именах и фамилиях, и игру в мягкие звуки, указывающие на родство душ двух героев.




В фильме тема их любви выносится на передний план. Большее количество времени мы видим Обломова в движении, пускай это и противоречит его природе. Любовь восставляет его на некоторое время от священного возлежания и приводит его в движение – не такое, правда, активное, как у его друга Штольца. Тот требует от Обломова большего – преодолеть серьезные расстояния, отправившись в путешествие заграницу. Но даже успешливый Штольц не приобретает здесь успеха: Обломов оказывается сильнее и не устремляется по стопам друга в европейские столицы.

Обломов пережил любовь, но для его недеятельной философии неприемлемо перевести эту любовь в традиционное и естественное русло – в область физических отношений. Физическая близость в фильме есть, но она слишком скромна – касания руками, намеки поцелуев. Но и этого слишком много для героев!












Обломов переживает любовь, но в согласии со своей философией не берется ее отстаивать. Когда он осознает, что на Ольгу, которую он любит и которая отвечает ему взаимностью, претендует его друг, он уходит в сторону, ведь его философия запрещает борьбу.


Переехав жить на Выборгскую сторону (об этом мы узнаем из закадрового текста) в дом вдовы Агафьи Матвеевны Пшеницыной, Обломов возвращается в свой прежний горизонтальный образ жизни, а затем женится на своей хозяйке. Закадровый голос от автора произносит решающую фразу о том, что с ней «идеал его жизни осуществился». От их союза рождается сын Андрей, названный, что особо символично, в честь Штольца.

С одной стороны (физической), Андрей Ильич, конечно, сын Обломова и Агафьи Матвеевны. Но с другой стороны (духовной), он – плод той возвышенной любви героя к Ольге Ильинской, любви, которая стала кульминацией его жизни. Неспроста первоавтор Обломова после смерти своего героя отдает Андрея Ильича «на воспитание» Ольге и Штольцу. Таким образом Андрей Ильич становится плодом того любовного четырехугольника, который сложился в романе, а в фильме лаконично был обозначен лишь за кадром. Кажется, порода Ильи Ильича, переданная ему от его отца, пресекается в его сыне, самовольно самим героем названном в честь антипода, исповедующего иную философию.

Но авторы фильма умышленно подчеркивают родство двух Ильичей. В последней сцене, завершающей киноленту, Андрюше сообщают, что приехала его маменька, и он, подобно тому, как в самом начале фильма его отец, торжественно восклицает «Маменька приехала!» и бежит навстречу ей в мистическую даль. (Детей, играющих сына и отца во младенчестве, очень трудно отличить. Кажется даже, что их играет один и тот же ребенок).


Бег Андрюши и его повторяющиеся восклицания сопровождает песнопение «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко» Рахманинова, которое знаменует и радостный переход главного героя в Жизнь Вечную, к которой он так ответственно готовился в жизни временной, и то, что в Андрюше Обломове, точно в новом листе, родившемся весной на дереве после осеннего листопада, продолжается жизнь его отца. Жизнь продолжается! И значит – в этом продолжении есть какой-то высший смысл! И величие этого смысла проявляется прежде всего в его неизъяснимости.


Неизъяснимость и отсутствие нарочитости, а также обилие ненавязчивых намеков и недосказанности являются и главными достоинствами михалковского «Обломова». (Яркий пример этого – заключительная сцена фильма. Андрюше сообщают, что приехала его маменька. Камера показывает оторопевшего Штольца – то ли его накрыло воспоминание об умершем друге, то ли ревность к нему. Затем камера переходит к Ольге, на глазах которой выступают слезы. Их появление можно объяснить тоской от того, что не она маменька Андрюши, и тогда предположение о ревности ее супруга уже имеет основание). Подобными намеками автор № 2 предлагает зрителю (автору № 3) продолжить творческий процесс и создать уже свое произведение.




«Обломов» – это «Идиот» Гончарова. Обломов, как и князь Мышкин Достоевского, – это особенный, выходящий из общего ряда людей необычайный человек.

Чувствуется, что Обломов дорог и близок его творцу – писателю Гончарову. Несомненно, он близок актеру Табакову, непревзойденно искренно сыгравшему роль в фильме. Он близок и актеру Богатыреву, который мечтал сыграть Обломова, но по воле судьбы вынужден был безупречно исполнить гордого Штольца. И что особенно интересно и чудно, обломовщиной изрядно заразился и Никита Михалков, иначе не получилась бы столь обольстительно красивая апология философской системы этого необычного не-героя любого из времен!

Дмитрий Седов


Tags: Гончаров, Обломов, Россия
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments